Я познакомился с Дашей на обычном сайте знакомств. Я специально искал женщину, в профиле которой отсутствовала популярная фраза о том, что мужчина кому-то что-то должен. У Даши ее не было. Зато в анкете значилось: люблю детей, эзотерику и печь кексы. Ей было двадцать восемь, у нее были глаза лани и голос, похожий на звон колокольчика. Я, тридцатичетырехлетний программист, который в мегаполисе давно привык к цинизму, мгновенно растаял.
Первый месяц нашего общения прошел в атмосфере тихой романтики. Мы не ходили по дорогим ресторанам, а гуляли по старинным улочкам, я дарил ей ромашки, а она пекла для меня те самые кексы. Я, как последний дурак, расслабился и решил, что хакнул эту жизнь, встретив редкую простоту, которая даже не подозревает о существовании прайс-листов в элитных бутиках.
Финал этой идиллии наступил в обычный вторник, через месяц после нашего знакомства. Даша пригласила меня на ужин и пообещала домашнюю запеканку. Я купил торт, бутылку вина и отправился в ее небольшую съемную квартиру на окраине города. Зайдя на кухню, я замер: запеканка остыла на столе, а Даша сидела на табурете, обхватив голову руками, и горько плакала. Рядом с букетом цветов, который я принес, лежала какая-то бумага.
Мой внутренний спасатель сработал мгновенно. Я бросился к ней, испугавшись, что случилось что-то страшное, но Даша сквозь слезы указала на документы и прошептала, что ей звонят из банка и гро
