Едва Алина переступила порог квартиры, как мобильный телефон зазвонил с такой настойчивостью, будто готов был вот-вот разорваться. На экране мелькало имя соседки. Аля, на твоей даче какие-то незнакомцы крышу демонтируют! Снимают шифер и уже убеждают всех, что земля теперь принадлежит им! не скрывая паники, кричала пожилая женщина. Алина без раздумий скомандовала таксисту разворачиваться. Смена маршрута на Гавриловку далась ей с трудом: из стационара её выписали всего пару часов назад после тяжелейшей операции по причине перитонита. Живот ныл, каждый шаг отдавался острой болью, заставляя передвигаться с опорой на трость.
Подъезжая к родительскому участку, она увидела у ворот чужую Газель. Несколько рабочих действительно разбирали кровлю, а у калитки, хладнокровно покуривая, стоял коренастый мужчина в кожаной куртке, внимательно следя за процессом. Алина, тяжело дыша и с трудом переставляя ноги, подошла к нему почти вплотную. Кто вы такие? Прекратите разбирать дом прямо сейчас! голос предательски дрогнул, а пальцы белыми костяшками впились в рукоятку трости.
Незнакомец невозмутимо швырнул окурок на асфальт и достал смартфон. Я новый собственник, Валерий. Ключи получил вчера. Вот выписка из реестра, договор купли-продажи оформлен по генеральной доверенности от Нины Павловны. Вопросы есть? Алина застыла, вглядываясь в экран. В графе продавец значилось имя её матери. Но такое было попросту невозможно. Пять лет назад отец, прекрасно зная импульсивный нрав супруги и её склонность к спонтанным тратам, официально завещал дачу именно Алине. Он оформил всё так, чтобы недвижимость навсегда осталась за дочерью, и продать участок без её согласия было невозможно.
В этот момент память мгновенно вернула её в день, предшествовавший срочной операции. Мать тогда ворвалась в палату вместе с неизвестным мужчиной, сжимавшим в руках папку. Доченька, это нотариус, подпиши доверенность на ведение дел, нервно закрутилась она, раскладывая бумаги прямо на прикроватном столике. Врачи предупреждают, что всё серьезно. А если вдруг случится худшее? Кто будет оплачивать коммуналку? В тот момент Алина практически ничего не соображала: мучительная боль, капельницы, успокоительные. Она поставила подпись, даже не вчитываясь в текст.
Нина Павловна театрально всплеснула руками. Только не начинай! Доктора давали мне шансов всего десять процентов. Я готовилась к худшему. Кому вообще была нужна эта развалюха? Развалюха? Алина побледнела. Отец своими руками строил этот дом. Там находилась его мастерская. Женщина лишь развела плечами. А мне нужно было срочно сделать зубы. Импланты нынче стоят огромных денег. Да и вообще с твоими свежими швами ты всё равно долго не смогла бы возиться по огороду. Алина сильнее стиснула трость. Какая стоматология может стоить сорок тысяч долларов? Точно такую сумму ровно год назад предлагали соседям за их участок!
В этот момент из комнаты вышел двадцатилетний брат Кирилл. В руках он играл брелком с логотипом BMW. Увидев сестру, парень мгновенно смутился и торопливо спрятал ключи в кармане. Мам, я поехал… А, Алёнка, выздоравливай, пробормотал он и устремился к выходу. Взгляд Алины мгновенно остановился на его одежде. Ты купила ему машину на деньги от продажи дачи? Нина Павловна скрестила руки на груди. И что? Парню важен статус! Он закончил университет. Ему что, теперь ездить на метро? Она даже не пыталась оправдываться. Твой отец всегда всё закреплял исключительно за тобой. Я решила восстановить справедливость. Я сделала себе зубы, остальное передала Кирюше. А ты молодая сама всё наработаешь.
